Каталог статей /

Южноамериканская дредноутная гонка :: Конец гонки

Южноамериканская дредноутная гонка · Историческая справка · Начало гонки: Бразилия закладывает дредноуты · Ответные действия · Строительство и испытания южноамериканских дредноутов · Третий этап гонки: ещё один бразильский дредноут · Конец гонки · Морские программы южноамериканских стран после Первой мировой войны · Историография · Южноамериканские дредноуты · Примечания · Комментарии · Литература · Официальный сайт ·


«Восстание плетей»

Бразильские матросы на борту «Минас Жерайса». Снимок сделан предположительно во время визита корабля в США в начале 1913 года
Бразильские матросы на борту «Минас Жерайса». Снимок сделан предположительно во время визита корабля в США в начале 1913 года

В конце ноября 1910 года в Рио-де-Жанейро вспыхнуло крупное восстание, позднее прозванное «Восстанием плетей» (порт. Revolta da Chibata). Корни восстания крылись в расовом составе бразильского флота: большая часть матросов и унтер-офицеров были неграми или мулатами, в то время как офицеры были преимущественно белыми. Барон Рио-Бланко заметил, что «пополняя морскую пехоту и флот, мы принимаем на борт отбросы наших городов, негодных люмпенов, не имеющих никакой подготовки. Бывшие рабы или их сыновья — вот из кого набраны наши команды, большинство этих людей негры или тёмнокожие мулаты». Принудительный набор и широкое распространение порки при малейшей провинности создавали напряжённость между нижними чинами и офицерами. Матросы «Минас Жерайса» планировали выступить в 1910 году. Вожаком восстания был избран опытный матрос Жуан Кандиду Фелизберту. Срок начала восстания несколько раз переносился из-за разногласий среди заговорщиков. Так, на сходке 13 ноября часть заговорщиков настаивала на выступлении в день инаугурации нового президента (15 ноября), но в тоже время один из лидеров восстания Франсиску Диас Мартинс убедил собравшихся в том, что в этом случае восстание будет выглядеть угрозой всей политической системе. Повод к немедленному восстанию появился 21 ноября 1910 года, после того как чернокожий матрос Марселину Родригес Менезис получил за неповиновение жесточайшее наказание в 250 плетей. Очевидец Жозе Карлус ди Карвалью, бывший капитан флота, заметил, что спина матроса была похожа на рассечённую кефаль, готовую к посолке.

Лидер восставших Жуан Кандиду Фелизберту (в первом ряду слева от человека в тёмном костюме) вместе с репортёрами, офицерами и матросами на борту «Минас Жерайса», 26 ноября 1910 года
Лидер восставших Жуан Кандиду Фелизберту (в первом ряду слева от человека в тёмном костюме) вместе с репортёрами, офицерами и матросами на борту «Минас Жерайса», 26 ноября 1910 года

Около десяти часов вечера 22 ноября восстал «Минас Жерайс». В скором времени восстали «Сан-Паулу», новейший крейсер «Байя» и двадцатиоднолетний корабль береговой обороны «Диодору». Восставшие корабли представляли собой наиболее современные и мощные единицы флота. Три из них вошли в его состав чуть более месяца назад. Восстала примерно половина моряков, находившихся в Рио-де-Жанейро (2379), в то время как оставшиеся 2630 не восстали, однако их лояльность вызывала у офицеров опасения. Фелизберту с товарищами выступали за прекращение «рабства на флоте», и в особенности — против порки, запрещённой во флотах западных держав. Офицеры и президент были против амнистии восставших и строили планы атаки кораблей, однако за амнистию выступили многие законодатели. В течение трёх дней обе палаты Национального Конгресса, ведомые влиятельным политиком Руем Барбозой, приняли амнистию всем участникам восстания и запретили порку на флоте.

После завершения восстания власти обезоружили корабли, сняв с орудий затворы. Восстание и вызванная им слабость флота, неспособного действовать из опасения новых беспорядков, побудили многих влиятельных бразильцев, среди которых были президент, известные политики вроде Барбозы и барона де Рио-Бранко и редакторы газет, поднять проблема полезности новых кораблей и целесообразности их продажи другому государству. Британский посол Хаггард был весьма удивлён столь решительному изменению взглядов барона Рио-Бланко: «Какое чудесное превращение в человеке, добивавшемся покупки и считавшем её вершиной своей политики».

Президент и кабинет решили, что продажа построенных кораблей негативно скажется на внутренней политике государства, не смотря на то, что, как все признавали, желательно заменить дорогие крупные корабли на множество небольших, способных действовать на многочисленных бразильских реках. Корабли остались в составе бразильского флота, однако восстание выявило его истинную боеготовность. Так, агент Армстронга сообщал, что корабли находятся в плохом состоянии, ржавчина покрыла башни и паровые котлы. Ремонт, по его подсчётам, обошёлся бы казне в 700 000 фунтов. Британский посол сообщал, что «эти корабли абсолютно бесполезны для Бразилии». Несмотря на отказ правительства продать корабли типа «Минас Жерайс», эта цепь событий, и, кроме этого, смерть барона Рио-Бланко в 1912 году стали одними из главных факторов продажи «Рио-де-Жанейро». Решение было принято, вероятно, в январе или не позднее сентября 1913 года.

«Риачуэло»

После продажи «Рио-де-Жанейро» туркам бразильское правительство запросило фирмы «Армстронг» и «Виккерс» подготовить проекты нового корабля. На рассмотрение были представлены 14 проектов: шесть фирмы «Виккерс» (декабрь 1913 года — март 1914) и восемь фирмы «Армстронг» (февраль 1914 года). Проекты «Виккерса» предусматривали от восьми до десяти 15-дюймовых орудий, скорость хода в 20—22 узла, водоизмещение от 26 500 тонн до 30 000 тонн. Менее дорогие варианты предусматривали смешанное питание котлов, более дорогие — полностью нефтяное. Фирма «Армстронг» взяла два базовых проекта — с восемью или десятью 15-дюймовыми орудиями — и на их основе предложила несколько вариантов, различавшихся скоростью и вооружением. Бразильское правительство выбрало первый из вариантов «Армстронга» с восемью орудиями, обозначенный Design 781, по характеристикам подобный строившимся Великобританией линейным кораблям типов «Куин Элизабет» и «Ривендж».

12 мая 1914 года с фирмой «Армстронг» был подписан контракт на постройку линкора на верфи в Эльсвике. Корабль получил имя «Риачуэло» (порт. Riachuelo). Верфь успела выполнить часть подготовительных работ, однако начавшаяся в скором времени мировая война помешала закладке киля, и корабль так никогда и не был построен.

Попытки продать линкоры

Известие о продаже бразильского линкора побудило правительство Аргентины прислушаться к общественному мнению, желавшему продать аргентинские корабли, и начать искать покупателя. Деньги, вырученные от продажи, должны были быть направлены на внутренние нужды страны. В середине 1914 года в Аргентинский национальный конгресс были направлены три варианта закона о продаже кораблей, однао все они были отклонены. Великобритания и Германия были обеспокоены возможностью усиления флотов своих противников, поскольку интерес к покупке кораблей проявили Россия, Австро-Венгрия, Османская империя и Греция; последняя желала купить линкоры в противовес «Рио-де-Жанейро», купленному турками. В конце апреля 1913 года американская New York Tribune сообщила, что Аргентина отклонила предложение о продаже «Морено» за 17,5 миллионов долларов, даже несмотря на то, что эта сделка сулила аргентинцам прибыль, превышавшую расходы на постройку корабля (12 миллионов). Соединённые Штаты были обеспокоены несоблюдением их нейтралитета и возможностью утечки технологий в другие страны и потому начали оказывать на правительство Аргентины дипломатическое давление, желая помешать продаже кораблей. В начале ноября 1913 года New-York Tribune сообщила своим читателям о том, что Греция смогла договорится с Чили о покупке одного из линкоров в противовес турецкому «Султану Осману I», в мае и июне эту информацию подтвердил ежемесячный военно-морской журнал Proceedings; однако, несмотря на достигнутые соглашения, сделка между Чили и Грецией не состоялась.

Во всех южноамериканских странах, вовлечённых в дредноутную гонку, росли настроения продать дорогие корабли, а вырученные деньги направить на внутренние нужды. Стоимость кораблей справедливо оценивалась как чрезвычайно большая. Так, вскоре после заказа на корабли типа «Минас Жерайс» одна из бразильских газет подсчитала, что на запрошенные строителями деньги можно было построить 3125 миль железных дорог или 30 300 крестьянских усадеб. Историк флота Роберт Шейна подсчитал, что линкоры обошлись Бразилии в 6 110 000 фунтов, не считая 605 520 фунтов на боеприпасы и ещё 832 000, вложенных в модернизацию доков. В первые шесть лет службы на обслуживание кораблей была потрачена сумма, равная 60 % от первоначальной стоимости их постройки. Два аргентинских линкора обошлись стране в 20 % её годового бюджета, не считая затрат на обслуживание. Историк Роберт Масси округлил траты каждой из стран до четверти годового дохода.

Националистические настроения, подстегнувшие гонку вооружений, в условиях ухудшающейся экономики сменились неприятием обществами трёх стран столь больших трат. Люди полагали, что деньги следует тратить на более важные дела. Посол США в Чили Генри Флетчер так прокомментировал ситуацию: «С начала гонки вооружений в 1910 году финансовые условия, и тогда не блистательные, стали ещё хуже; когда же пришло время платить, жителям трёх стран стало ясно, что деньги им нужнее линкоров».

  • Russian to English Russian to German Russian to French Russian to Spanish Russian to Italian Russian to Japanese

Информация на сайте из открытых источников. Основа ВикипедиЯ. | Пожалуйста, внимательно прочитайте эту страницу!